Изменения в правах залогового кредитора при банкротстве должника.
свяжитесь с нами!

как вас зовут?

свяжитесь с нами!

укажите вашу почту

свяжитесь с нами!

укажите ваш телефон

ваша сообщение отправлено

Спасибо!

на главную

ОСТАВИТЬ ОТЗЫВ

Актуальные новости читать все новости
Разделы по теме

записаться
на
консультацию

09.03.2017

Изменения в правах залогового кредитора при банкротстве должника.

Залоговым признается лишь тот кредитор, чьи требования обеспечены именно залогом имущества, а не его арестом или обеспечительными мерами, наложенными судом. Верховный суд разобрался в злоупотреблении законом и опроверг ранее сложившуюся практику.

Рассмотрим на примере одной типичной ситуации требование кредитора в деле о банкротстве должника.

Контрагент не получив полный оплаты по договору, подал исковое заявление о взыскании долга. В рамках данного судебного разбирательства Истец подал в суд заявление о применении обеспечительных мер в виде наложения ареста на имущество должника, которое судом было удовлетворено.

По результатам рассмотрения спора судом вынесено решение об удовлетворении исковых требований заявителя и взыскании денежных средств с должника.

В связи с неисполнением должником, в добровольном порядке, решения о взыскании взыскателем в службу судебных приставов предъявлен исполнительный лист для принудительного взыскания задолженности.

В рамках исполнительного производства и во исполнение определения суда о применении обеспечительных мер судебный пристав-исполнитель наложил арест на конкретное имущество, принадлежавшее должнику.

В последствии, в отношении должника возбуждено производство по делу о банкротстве и введена процедура наблюдения.

Кредитор, обратился в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований к должнику задолженности, обеспеченной залогом имущества.

Судами первой и апелляционной инстанции требование кредитора признано обоснованным и включено в реестр требований кредиторов должника, как обеспеченное залогом.

Признание за обществом статуса залогового кредитора, суды обосновали пунктом 5 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации со дня вступления в законную силу решения о взыскании. При этом указали на отсутствие обстоятельств прекращения залога указанных в статье 352 Гражданского кодекса.

Такая судебная практика в арбитражных судах существовала более двух лет и устаивала во всех инстанциях. Однако, 27.02.2017г. Верховный суд своим определением данную практику изменил мотивируя следующим.

В силу пункта 5 статьи 334 ГК РФ, если иное не вытекает из существа отношений залога, кредитор или иное управомоченное лицо, в чьих интересах был наложен запрет на распоряжение имуществом — статья 174.1 ГК РФ, обладает правами и обязанностями залогодержателя в отношении этого имущества с момента вступления в силу решения суда, которым требования таких кредитора или иного управомоченного лица были удовлетворены.

Неотъемлемой частью приведенной нормы является отсылка при определении лиц, обладающих правами залогодержателя, к статье 174.1 ГК РФ, пункт 2 которой регулирует последствия совершения сделки в отношении имущества, распоряжение которым запрещено в судебном или ином установленном законом порядке в интересах кредитора.

В соответствии с ранее действовавшим законодательством в ситуации, когда должник в нарушение ареста, наложенного на его имущество в пользу кредитора, отчуждал арестованное имущество третьему лицу, защита прав такого кредитора обеспечивалась посредством признания недействительной сделки по распоряжению имуществом и применением последствий ее недействительности.

Согласно же действующим положениям пункта 2 статьи 174.1 ГК РФ соответствующая сделка действительна, что позволяет арестованному имуществу находиться в обороте. Поэтому наделение кредитора правами залогодержателя по правилам пункта 5 статьи 334 ГК РФ обусловлено необходимостью защиты его прав, прежде всего, путем предоставления кредитору возможности обратить взыскание на арестованную вещь после того, как ее собственником стало другое лицо, которое знало или должно был знать о запрете (закрепление в отношении арестованного имущества принципа следования обременения за вещью).

При этом в пункте 5 статьи 334 ГК РФ законодатель лишь приравнял права взыскателя к правам залогодержателя, не указав на то, что в связи с введением запрета на распоряжение имуществом возникает полноценный залог. Более того, как следует из буквального смысла указанной нормы, правила о возникновении прав залогодержателя действуют, если иное не вытекает из существа отношений залога.

Судебная коллегия посчитала, что иное, а именно — отсутствие прав залогодержателя вытекает из существа отношений залога в ситуации несостоятельности (банкротства) должника.

Так, в силу предусмотренного Законом о банкротстве (статьи 2, 18.1, 138 Закона) регулирования преимуществом по отношению к другим кредиторам в деле о несостоятельности обладают кредиторы, обязательства должника перед которыми по выплате определенной денежной суммы по гражданско-правовой сделке и (или) иному предусмотренному ГК РФ основанию, обеспечены залогом.

По смыслу названных статей Закона о банкротстве при недостаточности имущества для распределения между всеми кредиторами должника подобный приоритет возникнет при ординарном залоге — залоге на основании договора либо закона (пункт 1 статьи 334.1 Гражданского кодекса), то есть когда используются стандартные гражданско-правовые меры обеспечения самого гражданского обязательства.

Права же залогодержателя, указанные в пункте 5 статьи 334 ГК РФ, возникают в большей части из процессуальных правоотношений (в том числе вследствие принятия судом обеспечительных мер), при наличии широкого усмотрения со стороны государственного органа (не являющегося стороной материальных отношений) как в вопросе об определении имущества, в отношении которого может быть наложен запрет, так в вопросе о том, имеются ли основания для введения запрета, определенные правовым актом, регулирующим процедуру ареста.

Эти права могут быть реализованы лишь после вступления в силу решения, которым удовлетворены требования, обеспечивающиеся запретом. Следовательно, названные меры, по сути, выступают не способом обеспечения исполнения обязательства как такового, а являются особым механизмом, направленным на фактическую реализацию подтверждающего обязательство акта государственного органа о взыскании задолженности, и они действуют в рамках общих правил исполнения.

Порядок же исполнения актов о взыскании задолженности с несостоятельного должника регулируется нормами законодательства о банкротстве, которые являются специальными по отношению к общим правилам исполнения. Закон о банкротстве исключает возможность удовлетворения реестровых требований, подтвержденных судебными решениями, в индивидуальном порядке и не содержит предписаний о привилегированном положении лица, в пользу которого наложен арест.

Наоборот, правоотношения, связанные с банкротством, основаны на принципе равенства кредиторов, требования которых относятся к одной категории выплат (пункт 4 статьи 134 Закона о банкротстве), что, в свою очередь, не допускает введение судом, рассматривающим дело о несостоятельности, различного режима удовлетворения одной и той же выплаты в зависимости от формальных (процедурных) критериев, не связанных с ее материальной правовой природой (в зависимости от того, как будет разрешено ходатайство о наложении ареста). Поэтому запрет на распоряжение имуществом не порождает таких залоговых свойств, которые позволяют кредитору получить приоритет при удовлетворении его требований в процедурах банкротства.

На основании вышеизложенного Верховный суд изменил акты нижестоящих судов в части обеспечения требований кредитора залогом имущества должника.